Почему мы ценим то, что далось тяжело и двенадцать часов к Языку Тролля

Июнь 2023 года, Норвегия, парковка под Языком Тролля. Я привёз сюда маму и сестру после концерта Rammstein в Дании, бесплатный автобус наверх ушёл в двенадцать, следующий будет в три, а пешком, говорят, часа три. Мы пошли пешком, с бутылкой воды и орешками, мимо людей с палатками и лыжными палками, и вернулись к машине в час ночи.

Мы ценим то, что далось тяжело, потому что усилие становится частью ценности: всё, что ты отдал по дороге, мозг засчитывает результату, и чем дороже обошёлся путь, тем дороже тебе то, что ты получил. Психологи называют это парадоксом усилия: усилий мы избегаем, но то, ради чего пришлось потрудиться, ценим выше, а трудное, пережитое вместе, сильнее связывает людей.

Лёгкое при этом не плохое, оно просто не оставляет следа: по моему опыту, трудное ещё и помнишь дольше. Все самые яркие вершины в моей жизни те, где по дороге было приключение, а вершины, на которые я поднялся легко, я сильно-то и не запоминал. У меня шестнадцать походов и больше двадцати вершин, и ниже мой ответ на вопрос, почему так: что говорят исследования, где проходит граница между трудностью и глупостью и как выбирать трудности, которые того стоят.

Почему трудный путь запоминается, а лёгкий нет: история про Язык Тролля

Язык Тролля, Trolltunga, это каменный выступ на высоте около семисот метров над озером Рингедалсватнет, его фотографию видел почти каждый, кто хоть раз листал картинки про Норвегию. Мама фанатка Rammstein, на Новый год я подарил ей и сестре билеты на концерт, они выбрали Данию, а в июне я прилетел их встретить и покатать по Европе, как раз к маминому дню рождения. Раз мы уже в Дании и я на машине, говорю, давайте смотаемся в Норвегию, я давно мечтал увидеть Язык Тролля.

Trolltunga, Норвегия

Внизу большая парковка, наверх идёт автомобильный серпантин и тропа. Спрашиваю, сколько подниматься, отвечают, ну, три часа, либо бесплатный автобус, который мы уже пропустили. Ждать три часа или идти три часа, и мы решили: «Ну давайте пешочком». Я с часами, бутылкой воды и орешками, вот и вся экипировка.

Три часа мы поднимались, а потом оказалось, что дальше надо идти по плато, и меня начало смущать, что все, кто шёл мимо, шли с рюкзаками, палатками и лыжными палками. Мы особо не думали и пошли дальше, и оказалось, что до самого языка ещё часов семь. Дошли к шести или семи вечера, сфотографировались, а теперь надо обратно. Спустились к часу ночи, и слава богу, что в Норвегии в июне ночи белые, толком не темнеет. Это было огромное приключение, где мы в кроссовках по снегу п\*здячим по норвежским склонам, по пустым тропам, когда все остальные давно вернулись, потому что они выходят в семь утра, а мы только в час дня надумали подниматься.

И это история. Если бы мы были подготовлены, скорее всего, я бы не запомнил, как мы шли, веселились, как я останавливался и снимал нас с дрона. Обычно все туристические места это лёгкий маршрут, ты вышел из машины, сфотографировался и уехал, и через год не можешь вспомнить, в каком году там был. А эту прогулку по горам без подготовки и без ничего я уверен, что мама с сестрой тоже запомнили. С тех пор я люблю, когда в новой стране мне говорят, что на эту вершину подниматься пятнадцать часов. Я такой: пошли, выходим сейчас.

Так у меня было не раз. В январе 2018 года на Шри-Ланке я проехал на байке 320 километров, в два часа ночи вышел на Адамов пик и три с половиной часа поднимался по 5 500 ступеням, чтобы встретить рассвет, и ещё два часа спускался на дрожащих ногах, итого 31 час без сна. Под фотографией с вершины я тогда написал: «Адамов Пик. Я тебя запомню». И запомнил.

Парадокс усилия: что говорят исследования о том, почему трудное ценится выше

У этого есть научное название. В 2018 году психологи Майкл Инцлихт, Амитаи Шенхав и Кристофер Оливола описали парадокс усилия в журнале Trends in Cognitive Sciences: усилие одновременно воспринимается как издержка и добавляет ценности. Мы по умолчанию экономим силы, но тяжёлая работа делает результат ценнее, а иногда усилие становится наградой само по себе. Один из примеров в статье как раз альпинисты, которые ценят восхождение потому, что оно тяжёлое. Там же собраны эффект IKEA, когда шкаф, который ты собрал сам, кажется ценнее точно такого же собранного кем-то другим, и за него готовы заплатить больше, но только если сборка удалась, и классический эксперимент про вступление в группу.

Этот эксперимент провели ещё в 1959 году Эллиот Аронсон и Джадсон Миллс: студентки проходили неловкое или лёгкое «посвящение» (в тяжёлом варианте нужно было вслух читать экспериментатору непристойные слова), чтобы попасть в дискуссионную группу, а потом все слушали одну и ту же скучную запись разговора этой группы. Те, кому вход дался тяжелее, оценивали группу заметно выше. Группа одна и та же, разговор тот же, разница только в цене входа. У этого эксперимента есть обратная сторона: цена входа заставляет переоценивать и пустое. Мы защищаем то, за что заплатили, даже когда оно того не стоит, поэтому трудность сама по себе ещё ничего не гарантирует.

Я в практике вижу то же самое уже много лет. Если человек прошёл через неудобное, он защищает результат, рассказывает о нём, возвращается к нему, а то, что досталось даром, почти никогда не становится историей, которую хочется рассказать. Про то, как это работает с деньгами и почему бесплатное не ценят клиенты, я подробно писал в отдельной статье, здесь же речь про другую валюту, которой ты платишь: время, силы и опыт.

Почему лёгкие победы не радуют: чит-код на бессмертие

Я много играл в компьютерные игры, и у меня на вебинарах есть механика, которую я объясняю через них. В любой игре в конце уровня есть босс, и чтобы его победить, нужны навыки, которые ты набирал весь уровень. А теперь представь, что ты вводишь чит-код на бессмертие и бесконечные деньги. Первые десять минут интересно, а потом становится очень скучно и играть больше не хочется. Разработчик специально делает игру достаточно сложной, чтобы было интересно, но не настолько, чтобы ты её бросил, а в градостроительных симуляторах вроде SimCity люди строят идеальный город и потом сами насылают на него метеорит или тайфун, потому что без проблем играть неинтересно.

С жизнью то же самое. Многие хотят чит-код на жизнь, чтобы не бояться и всё было без усилий, но если так и происходит, жизнь становится пресной. Сколько я создавал бизнесов и проектов, невероятный кайф всегда был в том, когда, чтобы долезть до этой точки, я прям чуть не сдох.

Хорошо видно это на путешествиях. В 2019 году я написал пост о том, о чём молчат путешественники: когда-то я радовался первому билету на самолёт, как ребёнок, прилипнув к окну, а потом самолёты стали как автобус, аэропорты притёрлись, и каждый новый город удивляет всё меньше. Комфорт съедает впечатления. Если всё, что ты видишь, достаётся одинаково легко, мозгу не за что зацепиться, поэтому лёгкие победы и не радуют: в них нет контраста.

Почему трудности, пережитые вместе, сближают

Есть второй слой, который я понял только потом. Мама, сестра и я прошли этот маршрут вместе, и я уверен, что они запомнили эту прогулку так же, как я.

В 2014 году Брок Бастиан, Иоланда Йеттен и Лора Феррис проверили это экспериментом: группы студентов держали руки в ледяной воде, делали приседания у стены или ели острый перец, а контрольные группы делали похожие задания без боли (тёплая вода, баланс на одной ноге). Те, кто терпел вместе, потом сильнее чувствовали связь с группой и охотнее вкладывались в общий результат в экономической игре. Это были незнакомые студенты в лаборатории, с семьёй я это проверял на себе.

Бастиан сформулировал это так: боль особенно сильный ингредиент связи между теми, кто её разделил. В 2020 году китайские исследователи повторили эксперимент и уточнили важное: связь даёт именно разделённая трудность, боль, которую каждый терпел сам по себе, в их эксперименте такого эффекта не дала.

В декабре 2016 года на Бали день рождения Оли мы встретили не за столом, а на вулкане Батур, на высоте 1 717 метров: в два часа ночи выезд, в четыре старт подъёма, в шесть десять на вершине. Я поднимался с ребёнком на руках по каменистым склонам, дочка заснула по дороге и проснулась уже наверху, к рассвету. На таком подъёме, кроме нагрузки, начинаешь слышать свой мозг: ты либо выбираешь игру «я устал» и идёшь в недовольстве, либо игру «великолепный опыт», и тогда фокус совсем на другом. Я, например, начинаю петь песни вслух.

Значит, надо страдать? Где кончается трудность и начинается глупость

Сейчас я сам себе возражу, потому что историю с Языком Тролля легко прочитать неправильно. Идти туда в кроссовках, с бутылкой воды и без фонаря было везением, а не подвигом. Официальный туристический сайт Норвегии пишет, что маршрут занимает 10–12 часов, требует треккинговых ботинок, налобного фонаря и запаса еды, а норвежские спасатели каждый год снимают с гор неподготовленных туристов. Нас спасли белые ночи и хорошая погода. Если бы был туман или октябрь, эта история закончилась бы иначе, и я бы её не рассказывал. Подготовленными мы шли бы те же двенадцать часов и, думаю, запомнили бы их так же, историю сделали дорога и то, что мы шли вместе, а не кроссовки.

Danger zone

Поэтому правило звучит не «чем тяжелее, тем лучше». Ценность даёт трудность, которую ты выбрал сам, у которой есть вершина и которая тебе по силам на пределе, а не за пределом. Это как в игре: босс должен быть сложным, но проходимым. Страдание ради страдания ничего не стоит, и установку «деньги только через страдание» я как раз считаю одной из самых вредных, о ней у меня отдельный разбор.

	Трудность, которая того стоит	Трудность-глупость
Вершина	есть, ты знаешь, ради чего идёшь	нет, страдание ради страдания
Кто выбрал	ты сам	долг, страх, «так надо»
Цена ошибки	будет тяжело и смешно	можно не вернуться
Уровень	на пределе	за пределом
Ради чего	важное для тебя	галочка для других

Есть и ещё одна ловушка. Маркетологи Анат Кейнан и Ран Кивец в 2011 году показали, что люди выбирают необычные и даже заведомо менее приятные впечатления, вроде ночи в ледяном отеле, чтобы поставить галочку в «резюме впечатлений» и почувствовать, что время не прошло зря. Я и сам этим грешу, «двадцать вершин» тоже своего рода резюме. Но по себе знаю, что трудность ради галочки быстро сливается с другими галочками, а трудность ради того, что тебе действительно важно, остаётся. Мы шли не за фотографией: я мечтал увидеть это место и хотел, чтобы его увидела мама.

Самое ценное даётся тяжело и в бизнесе тоже

В бизнесе я вижу ту же механику, только вершины другие. Невероятный кайф, как я уже говорил, был там, где я чуть не сдох, пока долез. И наоборот, если тебе что-то даётся легко, это не значит, что оно ничего не стоит: за эту лёгкость ты уже заплатил годами, и брать за неё деньги нормально, об этом статья про стыд брать деньги за лёгкое.

Но здесь важно не перепутать выбранную трудность с навязанной. В 2016–2018 годах я строил GrafSpace, коворкинг с залом на двести человек в Одессе, однажды вечером заложил машину, чтобы утром открыть двери зала, а закончилось всё почти полумиллионом долларов долга, я рассказывал эту историю подробно. Тяжело было невероятно, но ценного в той трудности я не чувствовал, пока не понял, что тащил её из «я должен», а не из «я выбираю». Не я играл в игру, а игра играла в меня. Трудность, которую тащишь из долга и страха, не становится вершиной, она просто выматывает. На вебинарах я часто говорю, что сегодняшнее горе это завтрашняя шикарная история для выступления и книги, но шикарной она становится только тогда, когда ты сам решаешь, что из неё вынесешь.

В 2020 году я написал фразу, под которой подписываюсь и сейчас: жизнь для меня это набор воспоминаний, и жить нужно так, чтобы в кино было скучно, потому что своя жизнь интереснее. Когда каждый день одинаковый, дом, работа, телефон, сон, воспоминания не образуются, и жизнь проносится мимо.

Как выбирать трудности, которые того стоят: 7 шагов

1. Ищи вершину, а не боль. Сначала сформулируй, ради чего ты идёшь: место, результат, человек, с которым хочешь это пройти. Трудность без вершины это просто страдание.
2. Бери на уровень выше, а не на три. Хороший вызов как босс в игре: проходимый, но на пределе. Если сейчас твой потолок сто тысяч в месяц, вершина в триста тысяч ближе к игре, чем вершина в десять миллионов.
3. Проверь цену ошибки. Перед выходом спроси себя, что будет при худшем сценарии. Если ответ «будет тяжело и смешно», иди. Если ответ «можно не вернуться», не иди, пока не закрыл этот риск: маршрут, время разворота, снаряжение, прогноз, гид. «Тяжело и смешно» подходит, «повезло» нет.
4. Проверь, выбираешь ты или должен. Трудность, которую ты выбрал, наполняет, трудность из «я должен» и страха выматывает. Если не можешь честно сказать «я выбираю», сначала разберись с этим, а потом лезь.
5. Не покупай чит-коды там, где важен путь. Готовое решение и «сделайте за меня» экономят время, и это нормально в рутине. Но там, где ты хочешь вырасти и запомнить, оставь себе подъём пешком, отказываясь от готового ответа, а не от снаряжения и страховки.
6. Иди вместе. Тяжёлое, пережитое вдвоём или командой, связывает людей. Позови в трудное тех, с кем хочешь быть ближе: родителей, партнёра, команду, и выбирайте на подъёме игру «великолепный опыт», а не «я устал».
7. Запиши историю, пока она свежая. Вечером после трудного дня запиши три детали: что было тяжелее всего, что сказал кто-то рядом, что ты почувствовал наверху. Через год именно это станет тем, ради чего всё было.

Мы могли выйти, как все, в семь утра, с рюкзаками и палками, пройти по графику и вернуться засветло, и тогда у меня была бы ещё одна фотка с Языка Тролля. А так у меня есть двенадцать часов в кроссовках по снегу, пустая тропа и мама с сестрой рядом.